ЗАНФ Заочная Ассоциация Начинающих Фантастов

   Я чертыхнулся и поддал ногой катящийся мимо колючий шар. Однообразный пейзаж нарушали лишь редкие заросли местного растения - колючие ветвистые колобки, крепкие как композиты. Когда траки загребали катящиеся кусты под себя машина скрипела и опасно кренилась. Я судорожно вцеплялся в рычаги и сбавлял скорость.  Подпрыгнув на очередном шаре я, как уже было сказано выше, выругался, вылез, снова выругался и пнул его ногой.

 

Падает снег, падает, кружится огромными хлопьями, и так холодно, что огонь костра совсем не греет. А ведь никогда раньше здесь не бывало таких холодов. Это всё они виноваты, ненавистные пришельцы... их оружие вызывает ужасающие, необратимые процессы в природе планеты... и в организмах её обиталей...

Доводилось ли вам когда-нибудь быть на берегу океана? Нет, не в жаркий, солнечный день, когда толпы орущих и визжащих от неслыханного удовольствия туристов закрывают своими полотенцами  весь его берег на протяжении взгляда. Не тогда, когда куча ржавых перекошенных корыт, ютясь и толкаясь между собою, пытаются найти пристанище там, где его сила уже не столь велика и безжалостна. Не тогда, когда холод сковывает могучие воды, и на лед высыпают тысячи рыбаков всех мастей и размеров, смело ступающих по замерзшей глади припорошенной бело-грязным снегом. А тогда, когда Океан отдыхает от людей. Когда дождь и ветер пронизывает прибрежный воздух, а крики испуганных чаек разносятся на многие километры вокруг. Тогда, когда волны остервенело хлещут берег, смывая безжалостные следы человеческого присутствия. Тогда, когда поблизости нет ни одной живой души, способной вместе с тобой разделить восхищение этой величественной картиной.

«…только красноватый отблеск глаз

и   яркие алые губы

портят впечатление». 

Барон Олшеври.

Молнии с остервенением разрывали ночное небо, словно демоны ада вырвались на свободу. Дождь хлестал так, словно там, наверху, ангелы оплакивали погибшие души.

            Беатрис, до смерти напуганная темнотой и громом, неслась, как лань, не разбирая дороги. Сил ее хватило ненадолго. Платье, когда-то бывшее роскошным, цеплялось за ветки и кустарник, от великолепной прически не осталось и следа.

На небольшую планету - Ярос садился корабль. Кто на нём был пока неизвестно. но те, немногочисленные, жители станции Яроса были рады любым гостям. Если те, конечно, не с самыми плохими намерениями посетили их.

Запоздалые новости о прошедших в апреле конвентах...

Итак: "Еврокон. Замечательное мероприятие с чудовищной организацией"

       Сверкающий меч из кайрамской стали, со свистом пролетел над головой Рона.

Слух распространился со скоростью взрывной волны. Короткие прикосновения, едва уловимые перемены запахов, тревога, распространяющаяся подобно инфекции. Растревоженный Муравейник перешел с состояние обороны, хотя никакой явной угрозы не было.

Андрей проснулся рано. Он всегда просыпался рано. Встав с кровати, он огляделся. Все та же комната: серые стены – штукатурка давно потрескалась и осыпалась, все то же окно, тот же вид в окне. Он посмотрел на пол. Фотографии. Он поднял одну. "Наша свадьба",- было написано на обороте. Он провел по лицу девушки. 

С риском угодить под колеса проносившихся мимо автомобилей Майкл вывалился из придорожного бара. Он и сам не мог вспомнить, когда в последний раз так напивался, а ведь было только девять часов вечера пятницы, впереди  два законных выходных и красочная перспектива побить личный рекорд по пьянке. А с чего, собственно, он, вот уже два года не употреблявший даже безалкогольного пива, решил вдруг набраться?