ЗАНФ Заочная Ассоциация Начинающих Фантастов

Александр обернулся на звук. В груди сразу стало пусто, как это было десятки раз за последние месяцы. В комнату вошел исхудавший, бледный, с красными слезящимися глазами человек.

– Брат, не смотри на меня так, – просипел Олег, садясь на диван, – чему быть, того не миновать.

– Миновать! Я уже заключил договор.

– На что? – вяло поинтересовался Олег.

– На криосохранение. Тебе осталось только подпись поставить.

– Ты серьезно веришь в возможность оживления?

Холодный осенний ветер  взлохматил мои распущенные волосы, убрав их от лица, я посмотрела на небо. Скоро будет дождь. Тучи с невероятной скоростью собирались над головой. Где-то вдалеке сверкнула молния. Жаль. Началось все с мелкой мороси, позволяя непутевым прохожим спрятаться, найти укрытие. А я стояла и смотрела, как мокнет асфальт. Морось превратилась в ливень. Я мигом промокла до нитки, легкая джинсовка не спасала, а короткая юбка тем более. Дождь мягкими струями смывал косметику с лица, будто спрашивая «что ты делаешь, почему не прячешься?». Дождь, ты мне не страшен, я тебя не боюсь.

      Мимо с дикой скоростью пролетела машина, облив меня грязной водой с ног о головы.  Резкий удар по тормозам и дикий скрежет резины о дорожную поверхность. Из машины выбегает мужчина и направляется ко мне. Его-то я и дожидалась…

Я медленно сползал на пол, судорожно хватаясь за одежду моего друга, но земное притяжение было сильнее, куда сильнее моих слабеющих окровавленных рук. А он замер, едва дышал и смотрел на меня совершенно пустым взглядом, будто это не я мертв, а он. В руке его еще поблескивал смарагд бутылочного стекла, и рубины моей крови тяжело скатывались с блистающих граней. 

«…только красноватый отблеск глаз

и   яркие алые губы

портят впечатление». 

Барон Олшеври.

Молнии с остервенением разрывали ночное небо, словно демоны ада вырвались на свободу. Дождь хлестал так, словно там, наверху, ангелы оплакивали погибшие души.

            Беатрис, до смерти напуганная темнотой и громом, неслась, как лань, не разбирая дороги. Сил ее хватило ненадолго. Платье, когда-то бывшее роскошным, цеплялось за ветки и кустарник, от великолепной прически не осталось и следа.

Я лениво пила карпиринью, сидя на берегу розового моря. Смотровая площадка была расположена так, чтобы любой, находящийся в баре, мог любоваться восхитительным закатом, а далее, еще более восхитительным восходом обоих лун. За все эти тысячи лет так ничего и не изменилось, и я могу уверенно сказать, что наверное, с самого момента зарождения человечества закат всегда привлекал молодых и влюбленных. В ресторане, пожалуй, только я и была в гордом одиночестве.

Я проснулся. Ожиданно. И снова по той же причине - рот переполнился клейкой слюной. Сунул ноги в тапочки и направился в ванную. Сплюнув и как следует прополоскав рот, вернулся и снова залез под одеяло...

- Все-таки, Кенз, ты – псих! – Витька почесал ухо и глянул вслед размашисто шагающей полиционерше. Участковой нашей. Она у нас примечательная, выразительная. Тетка, бывшая десантница. Рослая, мужеподобная, коротко стриженная. Вся в татуировках и с низким глуховатым голосом. 

25-27 января 2013 года в доме отдыха на территории усадьбы А. И. Мусина-Пушкина Валуево прошла очередная литературно-практическая конференция (конвент) Басткон.

Зеленый

Антон сидит на скамейке рядом с гаражами. Тепло. Вокруг все утопает в зелени и от этого принимает какой-то приятный зеленоватый оттенок. Чуть вдалеке из-за деревьев выглядывают пестрые коробки пятиэтажек. Это только по проекту они одинаковые и безликие, а со временем любая пятиэтажка преображается. Самодельное остекление балконов, развешенное белье, вечные санки или лыжи, прикрепленные снаружи, придают каждой коробке свой неповторимый вид