Я чертыхнулся и поддал ногой катящийся мимо колючий шар. Однообразный пейзаж нарушали лишь редкие заросли местного растения - колючие ветвистые колобки, крепкие как композиты. Когда траки загребали катящиеся кусты под себя машина скрипела и опасно кренилась. Я судорожно вцеплялся в рычаги и сбавлял скорость. Подпрыгнув на очередном шаре я, как уже было сказано выше, выругался, вылез, снова выругался и пнул его ногой.
- Разрешите присесть?
Голос раздался совершенно неожиданно, и будь я лет на двадцать моложе, подскочил бы выше нависшей над скамьёй вишни. А так – только моргнул и начал медленно поворачивать голову, поочерёдно хватая взглядом: чистые, сверкающие чёрные туфли; чёрные брюки с удивительно острой стрелкой; застёгнутый, несмотря на предгрозовую духоту, на все пуговицы строгий пиджак; яркий, цветом подстать костюму, галстук, прямо таки светящийся на белоснежной рубашке; и, наконец, чёрные очки, широкой полосой разделяющие жиденькие, зализанные без пробора волосёнки и светлое веснушчатое лицо.
- Оперный бакалавр! — выругался младший научный сотрудник НИИ Био-Аналитической Химии Вениамин Стрельцов, когда изрядно взболтанная по дороге в институт банка «колы» взорвалась при вскрытии белесо-коричневым фонтаном. Добрая половина газировки выплеснулась на белоснежный халат. — Ну только вчера постирал! Тьфу ты…
На небольшую планету - Ярос садился корабль. Кто на нём был пока неизвестно. но те, немногочисленные, жители станции Яроса были рады любым гостям. Если те, конечно, не с самыми плохими намерениями посетили их.
Подробнее...