ЗАНФ Заочная Ассоциация Начинающих Фантастов

Только вперёд. Тускло-ржавые полосы рельсов. Над головой – сизое небо, как будто затянутое грязным одеялом, кое-где в ядовито- голубых, болезненных дырах.

       Поезд полз. Поезд пыхтел, стонал, кряхтел, выжимая из себя последние силы. Человек стоял на платформе, неестественно прямо, безвольно опустив руки. Рядом, в груде тряпья, лежал, скорчившись, ещё один – такой безжизненный, что сливался с тряпками

Каюта затряслась так, будто была мячом, который отфутболил чей-то огромный ботинок. Нила с чертыханьем свалилась с полки. Плечо под расстёгнутым скафандром тут же болезненно отозвалось, и женщина застонала. Из встроенных в стены динамиков прозвучал встревоженный мужской голос:

- Ты там как, любимая?

- Всё в порядке, Гена. Центрируй дальше, - с раздражением пробурчала Нила и сморщилась, когда под плотной роботканью ощутила синяк.

Марк в задумчивости сидел у окна.

В посеревшее от грязной пыли стекло бил прощальный свет заходящего солнца и кидал свои розовеющие лучи на стену и половицы.

Мальчик прижал пальцы к сердитым сухим губам. Он вспоминал, как днем погнал птицу с подоконника, потому что она клевала хлеб, испечённый его матерью день назад. Мать испекла хлеб, чтобы накормить Марка.

Он уже знал, что она скажет.

-Дорогой! Ты все-таки нашел меня! Мы будем вместе всю вечность, как ты и обещал!

Что ты жаждешь увидеть в этом Богом забытом краю? По-моему это неизвестно даже самому тебе. Хотя нет. Твое сердце знает.

Край Забытых Лун.

Ты, ведь, слышал название земель и раньше. От кого? Силишься вспомнить. А разгадка – вот она. Только взгляни выше. На Забытые Луны…. Она тоже любила Луну. «Жаль, - говорила она – Что ты не можешь увидеть, их все. Жаль, что ты не видишь их все… А я вижу…»

Человек брёл по пустыне. Лёгкие обжигал горячий ветер. По пути тут и там лежали теперь уже не опасные металлические скелеты-остовы военной техники; полузасыпанные песком, белели человеческие кости. В заросшей голове бродяги тупо билась, словно птица в клетке, лишь одна мысль: пить и есть…  Эти инстинкты отзывались спазмами  в пустом желудке; глотка была воспалена. Его мучили тошнота и головокружение. Еле передвигая ноги, бродяга шёл и говорил себе: «Моя жизнь ничего не стоит». Но всё же, то что осталось в нём от человека – боролось за существование.

На небольшую планету - Ярос садился корабль. Кто на нём был пока неизвестно. но те, немногочисленные, жители станции Яроса были рады любым гостям. Если те, конечно, не с самыми плохими намерениями посетили их.

Александр обернулся на звук. В груди сразу стало пусто, как это было десятки раз за последние месяцы. В комнату вошел исхудавший, бледный, с красными слезящимися глазами человек.

– Брат, не смотри на меня так, – просипел Олег, садясь на диван, – чему быть, того не миновать.

– Миновать! Я уже заключил договор.

– На что? – вяло поинтересовался Олег.

– На криосохранение. Тебе осталось только подпись поставить.

– Ты серьезно веришь в возможность оживления?