Вторая попытка

Оцените материал
(14 голосов)

Рожденье вновь и вновь – горестно.
 -Будда.-

Ночные кошмары и бессонница не преследовали его. Совесть никогда не мучила. Да и не могла мучить. Он делал всеми признанное, полезное и нужное дело, поэтому необходимость в договоре с самим собой отпала из-за ненадобности. Но в одночасье монолит спокойствия рухнул. 

Вот уже третий час своего дежурства Семён беспробудно дрых в душной кабине уазика. Автомобиль неспешно трясся по пустым, замлевшим от жары улицам города. Со стороны складывалось ощущение, что он катится сам по себе. Однако за рулем сидел водитель Семёна – Константин. Костик уже двое суток работал без смены, от этого он был слегка небрит, немыт и в некоторой степени раздражен. Нервировало его всё, начиная с этого адского зноя и кончая его напарником. От скуки он пытался разбудить его и нарочно громко разговаривал сам с собой на самые разнообразные темы. Но, как назло, оператор уж очень устал и, причмокивая губами, не на что не реагировал.

Вызов пришел, как всегда неожиданно. Сёма открыл глаза, и механически схватил передатчик. Рация затрещала голосом диспетчера, оповещая о деталях. Довольный окончанием безделья Костик прибавил скорость и сделал нужный поворот:
- Развлеки. Я в вашей терминологии пока не в зуб ногой. Что там стряслось? – негромко спросил он у напарника
Сёма неспешно протер красные от недосыпа глаза и оповестил:
- Стандарт, прости Господи. Ситуация 410/12 - это суицид, причем очередной… Автомобиль подъехал к большому особняку, окруженному высоким забором с вензелями. Дверь открыла зареванная девушка лет двадцати пяти.
- А что это у вас тут произошло? – с легким налетом черного юмора, растягивая слова, спросил водитель. Сёма напряженно посмотрел на него. Костик с насмешкой выдержал колючий взгляд. Он уже много чего повидал на этой работе. Глупое притворство перед Семёном о незнании специальных терминов было чем-то вроде игры. С ней было не так скучно.
Женщина надрывно заплакала, ничего не ответив, и указала в боковую комнату, видимо, рабочий кабинет. Оператор резко прошелся по просторному холлу и открыл дверь.
В комнате пахло порохом и жженым мясом. По всей видимости, стреляли совсем недавно. На полу у стены лежал мужчина в неестественной позе, рядом с ним был перевернутый стул и охотничье ружье. В голове у человека была серьезная кровавая дыра. Сомнения не было – рана смертельная. Сёма поморщился. Работа никогда не радовала его веселыми картинками, но сейчас его даже стало немного подташнивать. Он вышел из комнаты и заговорил с девушкой:
- Успокойтесь, ради Бога. Простите, вы ему кто?
В ответ он услышал неразборчивые всхлипы.
- Кто?! – не выдержал Сёма.
- Ж-же-н-а-а-а! – заикаясь, произнесла женщина.
- Жена… - он полез в дипломат и вынул чистый желтоватый лист бумаги, - Пишите. Я такая-то, такая-то в соответствии с пунктом третьим статьи двадцатой второй главы Конституции Российской Федерации прошу произвести оживление останков моего покойного мужа такого-то… так здесь серия паспорта…, ага, совершившего акт суицида, год-месяц-число…
- А какое сегодня число? – спросила уже совершенно успокоившаяся женщина.
- Число…число…Костя, какое сегодня?
Константин не слушал монотонную речь своего напарника. Он и так знал все эти формальности наизусть, его заинтересовал дом самоубийцы. Дорогие картины на стенах и роскошная мебель по углам говорили сами за себя. «Кучеряво живете!» – восклицал про себя водитель. Вопрос напарника вывел его из задумчивости:
- С утра пятое было…
- Пятое! Ага. Так. Далее…, имевшего в собственности сертификат общего образца, серийный номер... Где сертификат?
- Сейчас, сейчас… - женщина засуетилась и выбежала из комнаты.
Костя, воспользовавшись отсутствием хозяйки, взял с полки книгу, чтобы рассмотреть обложку ближе. Он спросил у напарника:
- Сём, давно этот окочурился? А то может ну его…, не успели, мол, и всё…
Опытный оператор не удивился. Такие «человеколюбивые» фразы проскальзывали в разговоре с водителем все чаще и чаще. Иногда совершенно непонятно было шутит он, или говорит абсолютно серьезно.
- Недавно где-то часа полтора назад. А он почему жить недостоин? Можешь мне объяснить? – устало попросил Сёма.
- Да ты посмотри на это! – Костя сделал паузу и обвел глазами комнату, затем зло продолжил, - Буржуи! Они же с жиру бесятся! Чего не хватает? Ведь всё есть! Нет, ищут новых острых ощущений! Что там после смерти?! Интересно же! Мартины Идены недоделанные! Не знают, чем еще заняться, и всё тут! Им, видите ли, скучно! А ты свое драгоценное здоровье на него тратишь. И хоть польза какая-нибудь была! Лучше бы ты одного хорошего человека воскресил, чем этого…
- Хватит, - прервал его Семён, - Во-первых, кто решает хороший он или плохой? Ты? Я? Кто?! К нам обратились люди, чтобы мы им помогли. У них есть на это право. Для чего они это делают, из праздного любопытства или от острой нужды? Нам это должно быть все равно. К нам обратились за помощью, мы обязаны оказать её. Это наша работа. Больше нас ничего не должно интересовать, - он остановился, набрать воздуха:
- Да и сколько раз тебе повторять? Не «воскресил», а «оживил останки». Воскрешать может Бог. Мы только люди... Потерпи. Ты что забыл, что каждого человека можно оживить лишь раз?
- Это на бумаге. На самом деле, не удивлюсь, если у него несколько сертификатов в несгораемом сейфе лежит. Так, на всякий пожарный.
Оператор отрицательно покачал головой.
В этот момент в комнату вошла девушка, державшая в руках два ламинированных документа серого цвета:
- Вот, - сказала она, - Но я не пойму, какой из них.
- Я же говорил, - разочарованно протянул Костик.
- Давайте сюда, - Сёма взял у женщины сертификаты и вынул из дипломата степлер, - Вот у этого серийник совпадает с написанным. Поставьте подпись и число. Ага, теперь распишитесь в отсутствии религиозных предубеждений и в том, что бригада не несет ответственности в случае неудачного акта оживления.
Девушка поставила размашистую подпись.
- Спасибо, - Семён скрепил листки и извлек из сокровенного дипломата оборудование. Полукилограммовая конструкция больше напоминала большой спичечный коробок, чем сложное техническое устройство. Из элементов управления в нее был вмонтирован только тумблер (вкл. – выкл.) и две разноцветные лампочки. Для собирающих аппаратуру был не принципиален цвет лампочек, поэтому каждый витатель, так его называли сами сотрудники, был уникален по-своему. У прибора Сёмы, к примеру, левая лампочка не горела совсем.
- Ради Бога, не заходите в комнату, - сказал Семён, надевая перчатки, - и не переживайте. Всё будет в порядке.
Он скрылся за дверью, Костя проскользнул следом. Сёма поставил прибор рядом с телом на пол, одними губами прошептал «с богом» и клацнул тумблер. Витатель противно и часто запищал.
- Кость, ты бы шел отсюда, - оператор спиной почувствовал присутствие напарника, - Вдруг еще случится чего.
- Вот именно поэтому – я здесь, - спокойно проговорил Костик.
- Ну, как хочешь. Твоё здоровье, - не стал сопротивляться Сёма.
Константин лучше самого оператора знал всю опасность его нахождения рядом с работающей аппаратурой. Помнил страшные фотографии, которые показывали при обучении, предостережения опытных работников. Несмотря на это, он никогда не пропускал процесс оживления, каждый раз открывая для себя что-то новое в этом необычном действе. Разумом Костик понимал, что все происходящее – продукт техногенного развития человечества. И около тридцати лет назад десяток седых, бородатых ученых, представляющих собой НИИ с замысловатым названием, изобрели витатель. Но душой искренне верил: перед глазами у него происходит настоящее самобытное чудо.
Перед самоубийцами у него возникало еще одно чувство. Необыкновенная сильная злость. И больше всего его злило детское любопытство, с которым люди шли на это. Столько человек уже побывало там, и их рассказы были один к одному: «всеобъемлющая темнота и тишина». Существовали и фантазеры, говорившие о длинном туннеле, о свете в конце и о странных звуках. На практике правдой могло оказаться только последнее – витатель действительно издавал довольно мерзкий писк. На базе всего этого, Косте каждый раз хотелось схватить только что воскресшего за грудки и заорать прямо в лицо: «Зачем???!!!» Однако он ни разу так не сделал. Сдерживался.
Семён еле слышно шептал молитву. Кровь, которая только что была разбрызгана повсюду, и составляющее черепной коробки возвращались обратно. Словно в реверсной киносъемке зарастало огнестрельное ранение. Оператор подставил руку в перчатке, и ему на ладонь упала горячая пуля. Наконец бывший покойник выдохнул и приоткрыл веки. Сёма щелкнул тумблером и со всей дури вмазал по холеному лицу клиента. Как не удивительно, но это была необходимая мера.
Спустя пять минут напарники уже стояли у своего автомобиля. Сёма курил, у него сильно тряслись руки.
- Плохо? – сочувственно спросил Костик.
- Да уж нехорошо, - шепотом пробормотал Семён. В его нынешнем состоянии по-другому говорить, просто не получалось.
- Бросай, ты это дело! – в сердцах воскликнул водитель, - Молодой еще парень. Жить, да жить.
- Ага, сейчас. На моё место метишь? – зло спросил оператор, - Не брошу. Деньги нужны. А здесь с этим, слава Богу, хорошо.
- Ну и дурак, - Константин с досады сплюнул на асфальт и, открыв дверцу, сел за руль.
В Уставе государственной организации, на которую работали Семён и Костя сказано, что оператором можно проработать по контракту не более трех лет. В принципе иногда не проходило этого срока, а люди уже становились полноценными инвалидами. Тем же, кому удавалось остаться здоровыми, предлагалось два варианта: стать водителем или уйти на заслуженную пенсию. Первый вариант встречался реже, поэтому среди водителей было огромное количество стажеров-новичков. Конечно, бывали и исключения, например, напарник Сёмы. После работы оператором Костику повезло - он не плохо сохранился и этот перевод в водители получился как-то сам собой. Однако врачи сказали, что его хватит максимум на пару оживлений, затем начнутся непоправимые изменения в организме…
Из глубоких размышлений его вывел треск рации. Константин осмотрелся по сторонам в поисках напарника. Оператора нигде не было видно.
- Куда он запропастился? - недовольно пробормотал водитель и ответил на вызов, - Мобильная группа номер пятнадцать на связи.
- Ребятки, ситуация - 302/3. Район бараков. Смотайтесь по адреску. Сделайте, что возможно. Но если не успеете, сильно не расстраивайтесь. Соседи звонили: тело уже совсем холодное, - пояснил диспетчер.
- Вас понял. Мы мигом.
В эту самую секунду из-за угла, пошатываясь, словно от сильного ветра, вышел слегка позеленевший Сёма. Он громко хлопнул дверью и рухнул в автомобиль. Костик завел мотор:
- Могу тебя обрадовать: у нас вызов. Ребенок около двенадцати лет. Не уточненная причина смерти, скорее всего либо сердечный приступ, либо еще чего в подобном роде.
- Кость, а ведь ты совсем не стажер… - Семёна поразила неожиданная догадка.
Водитель усмехнулся:
- И понадобилось тебе для этого всего-навсего полтора год.
- Зачем ты мне врал?
- Не врал, а дезинформировал. Если б я тебе всю правду рассказал, ты сам не чему бы не научился. А так спрашивать было не у кого. Суровая, так сказать, реалия жизни.
Семён хотел, было что-то сказать, но острая боль вонзилась ему под ребра. Перехватило дыхание. Он схватился за живот. Такого раньше никогда не было. Приступы тремора и тошноты, сразу после сеанса, это да. Но ничего более. Костик обеспокоено посмотрел на него:
- Может на базу?
- Нет. Сейчас отпустит, - оператор глубоко вздохнул, - Ага, вот уже и всё в порядке.
- Ты бы вздремнул. Ехать-то через весь город, считай. Подъезжать будем – разбужу.
Семён послушно кивнул и отключился.

Уазик крякнул тормозами и остановился у обшарпанной пятиэтажки. Костя впервые за полчаса посмотрел на напарника и, посмотрев, смачно выругался. Оператор не спал, он был в глубочайшем обмороке. Сам Костик ничего не мог поделать с этим состоянием Семёна, единственным правильным решением было сейчас совсем его не трогать. Водитель передал сигнал о помощи по рации и, захватив дипломат, вылез из машины.
В бедной квартире на первом этаже он не встретил ни одной живой души. Только в прихожей на старом диване с торчащими пружинами лежала мертвецки пьяная женщина, скорее всего, мать ребенка. В другой комнате на грязном, устланном газетами полу лежала, картинно раскинув руки, девочка-подросток. Костика поразило лицо покойницы. Даже покрытое маской неожиданной смерти, оно было прекрасно. Широко распахнутые, но потухшие голубые глаза, золотистые кудри и идеальная кожа, уже подернутая синевой мертвого царства…
Костя понимал, что сейчас не до формальностей и у него осталось немного времени. Срок, когда можно было еще применить оживление, для разных возрастов был не одинаков. Для детей он был минимален – три часа. А так как тело девочки было совсем холодным, нужно было спешить. Он достал витатель и, включив тумблер, наполнил маленькую комнатушку монотонным писком. «Как же давно я этого не делал!» - подумал водитель.
Через несколько секунд на детских щеках появился румянец, а прозрачная пелена, как будто покрывавшая лицо, испарилась. Наконец, она моргнула и выдохнула. Константин легонько хлопнул ее по щеке. С минуту девочка жадно глотала воздух и осматривалась. Успокоившись, она вежливо сказала:
- Здравствуйте.
- Привет, - ответил Костик. Водитель очень удивился после такого перерыва в работе, он чувствовал себя вполне нормально. Это было подозрительно.
- Тебя как звать? – спросил Костя.
- Маша, - ответила воспитанная девчушка.
- Машуля, там твоя мама на диване лежит? – зачем-то спросил водитель.
- Да, - она кивнула.
- Ясно. А тебе мама не рассказывала о таком документе, его еще вместе со свидетельством о рождении выдают?
- Про сертификат?
- Где он? – кивнул в свою очередь Костик.
- Мама… продала… - тихо, будто по секрету, сказала девочка.
- Так, - сердце водителя дрогнуло, - А где ее сертификат?
- Тоже… - в ее голубых глазах мелькнуло беспокойство.
Константин закрыл глаза, он отлично понимал, что это значит.
В Уставе сказано, что оказывать услуги возможно только по предъявлении сертификата родственниками. В крайних случаях, самим потерпевшим. Иначе следует высшая кара.
Костик не боялся смерти. Он сам сейчас отдал бы свой собственный документ. Отдал, если бы он у него был. Дело в том, что пять лет назад Костю убили. На улице пырнули два раза ножом прямо в сердце. Преступников судили и приговорили к высшей мере. Это не была смертная казнь. Нет. К этому времени человечество придумало вещь пострашнее лишения жизни. Это была каждодневная казнь, когда за смертью шло воскрешение и так день за днем. В первый день преступники откровенно смеялись в лицо палачам. На третий умоляли. На шестой, как правило, сходили с ума. Таков был закон.
Вот, что грозило Константину за его проступок. Вот, чего он по-настоящему боялся. К сожалению, он знал, что есть всего один выход из ситуации - в кратчайшее время исправить все свои ошибки. На этот случай в дипломате, помимо степлера и чистых бланков, лежало табельное оружие…

Полгода спустя Константин сидел у себя на кухне и пил. Напротив сидел Сёма и внимательно смотрел на него. Бывший оператор навещал его раз в неделю, принося с собой бутылку и плохие воспоминания. Сегодня он принес ему вместо этого Библию. Костик осушил очередной стакан, осмотрел книгу и пьяно спросил:
- Зачем ты принес это?!
- Прочти. Поможет. Здесь есть ответы на многие вопросы, - Сёма честно пытался вырвать друга из объятий алкоголизма, помочь ему, - Ты же убиваешь сам себя! Брось! Начни все заново, ты же еще молод…
- Ха! Где-то я уже это слышал, - по слогам продекламировал бывший водитель, - Какие ответы? На какие вопросы? Ты бы еще Устав сюда припёр!!! – Константин встал, нетвердо держась на ногах, - Знаешь, что иди-ка вон отсюда! Не хочу тебя видеть. Вон!!!
Сёма молча посмотрел на орущего Костю и вышел. Больше он никогда не приходил к нему.
Костик еще долго сидел на кухне, оттягивая время до сна. Дни он разбавлял алкоголем, но ночи стали для него настоящей мукой. Костя часто просыпался - болела рука. Несуществующая правая рука. Она омертвела после той истории и врачи её ампутировали. Их предостережения оправдывались. Затем он принимал обезболивающее и ложился опять.
Но во сне не приходило облегчение. Костика преследовал один и тот же сон, в котором он видел ясные, словно небо, голубые глаза Маши. Он плакал и кричал, проклиная себя. Костя так хотел вернуться обратно и любой ценой все исправить. Но уже никто и никогда не подарит ему этой второй попытки…

Прочитано 7326 раз

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Последние коментарии

  • Магазин, в котором есть всё

  • Я ПРОТИВ БЕЗГРАМОТНЫХ ТЕКСТОВ.

    • Елена
      Нравится мне читать такие замечания - уроки. Спасибо, конструктивно!

      Подробнее...